Вячеслав СМИРНОВ: «Если мы рисуем Париж, это - пермский Париж»

Выставка, в которой приняли участие более двух десятков художников, посвящена памяти их коллеги Александра Репина - одного из создателей «пермской мифологии». В последние годы Пермь держит курс на расширение границ. Во-первых, границ географических: уже скоро, 1 декабря, Пермский край отпразднует шестой день рождения. Он образовался всего шесть лет назад, совместив в себе Пермскую область и Коми-Пермяцкий автономный округ. Это стало катализатором для многих экономических и общественных процессов. Во-вторых, границ культурных - примером этого может служить прошедший недавно форум «Культурный альянс», объединивший несколько регионов. Но совпадает ли этот курс с тем исконно «пермским вектором», в котором привыкли жить и работать пермские деятели искусств? Об этом мы поговорили с одним из участников выставки, художником Вячеславом Смирновым.

- Выставка называется «Пермский миф». Что, собственно, представляет собой этот миф и что вы вкладываете в это понятие?

- Художник создает миф, в который входят то, что ты читаешь, место, где ты живешь, встречи с друзьями - все это формирует миф. Миф - это виртуальное пространство, в котором мы живем (и мне в нем комфортно), в которое я могу пустить кого-либо или не пустить. Эту мифологию я творю изо дня в день и наполняю это виртуальное пространство своими раздумья-ми.

- То есть «пермский миф» - это некое виртуальное пространство того города, в котором вы существуете?

- Пространство Перми - это та энергетика, которая всегда с нами. Даже если мы будем рисовать Париж, все равно это будет пермский Париж, как бы мы ни хоте- ли отсюда вырваться. Конечно, мы можем уехать в Нью-Йорк, да куда угодно! Но все равно Пермь останется с нами. Как говорится, от себя не убежишь. Я делаю этот миф потихонечку.

- Что объединяет участников выставки?

- Они все замечательные люди, которых как раз и объединяет этот миф, о котором мы говорили. Он существует внутри нас, мы двигаем его изо дня в день, жизнь положили на это. Андрей Безукладников (фотограф, основатель сайта Photographer.Ru. - Авт.), с которым мы прожили три года бок о бок в подвале и вместе познали мир, делает это через фотографию, я – через какие-то свои вещи. Мацумаро (Мацумаро Хан - художник, один из первых участников Пермской Арт-резиденции. - Авт.) вернулся после путешествия по миру, а ведь мы в свое время пострадали от властей - нас как идеологических диверсантов 24 часа из Кунгура возвращали, хотя мы просто поговорили со студентами и сказали, что искусство шире того, что есть. Этого было достаточно для того, чтобы нас обвинили во всех смертных грехах. Александр Иванович Репин много нам дал. Он подвижник духа, бескорыстный потрясающий человек. Он делал вещи, которые никак не вписывались в соцреализм, был белой вороной. Сейчас это все возвращается. Мне нравится, что художники остались самими собой, не предали свое внутренне сокровенное, не оста- вили работу. Еще и Марат Гельман приехал - «взорвал» всех, мне нравятся такие люди - немного авантюрные и талантливые.

- При этом немалая часть творческой интеллигенции возмущена тем, что он делает в городе, и считает, что тот самый исконный «пермский миф» уничтожается.

- Я думаю, это не так. Надо посмотреть на это шире. То, что происходит, - замечательно, это движение. Любой конфликт - это движение. Приехал Марат, показал, что есть. Я посмотрел и увидел, что это потрясающе, что это другая планета. И мне жаль, что время мое уходит. Когда мы творили, не было никакой информации, мы начинали на голом месте. Сейчас все совсем по-другому, и мне хочется успеть ухватить этот момент и что-то сделать. Мне это безумно интересно. А все эти вопросы - «что и сколько стоит»… Мне это неинтересно. Меня интересует только творчество.

- «Новая» пермская культура, привнесенная «варягами», гармонично дополняет уже существующую или все-таки конфликтует с ней?

- Я думаю, и то и другое. Получается диалектика. Любая провинциальная культура конфликтует со столичной, но это как раз хорошо, это и есть движение. Мы же наблюдаем интересные вещи! Полисский, например, такую вещь сделал – фантастика просто! (Имеются в виду «Пермские ворота» в сквере у вокзала Пермь II. - Авт.). А все эти дрязги и конфликты… Я не знаю, может быть, люди считали себя какими-то значимы- ми фигурами, и тут скульптуры, которые они сами себе создали, начали рассыпаться. Не надо никаких провинциальных амбиций типа «я такой классный, а они приехали и сказали мне, что я - ничтожество». Может, кто-то чувствует, что не вписывается в эту культуру и не понимает ее, но так мир устроен, что все надо пытаться понять. Ведь в истории искусства все повторяется - в свое время Матисса, Пикассо тоже ругали, а оказалось, что это круто. И вот это ценно, а не какие-то там междусобойчики на тему «варяги приехали, отобрали кусок хлеба». Ну заработай его, кусок хлеба! Докажи, что ты тоже что-то значишь. Или не значишь.

- То есть фактически столкновение «внешней» и «пермской» культур, о котором так любят писать СМИ, - это просто столкновение амбиций отдельных людей?

- Конечно! Люди хорошие приезжают, надо находить с ними общий язык, наводить мосты, а амбиции - это то, что мешает понять друг друга. Люди начинают считать деньги, которые тратятся на культурную революцию… Какая разница! Меня совершенно не волнует, сколько это стоит, мне интересно, что это происходит. Не надо воспринимать «варягов» как разрушителей культурного пространства Перми, они дополняют его и заставляют местных художников посмотреть на это пространство с другого ракурса. Мы не знаем себя, мы не знаем того места, где живем, мы постоянно открываем что-то. А можно «бронзоветь». Это уже личное дело каждого. «Бронзовей», если хочешь, но есть другой путь - бесконечного познания.

- Вы могли слышать о проекте «Культурный альянс», объединившем уже девять городов. Как вы считаете, такая трансляция пермского культурного опыта не приведет к тому, что культура всех регионов страны будет унифицирована?

- Думаю, что нет. Главное, чтобы у художника был стимул что-то сделать. А то, что дается возможность к этому, - прекрасно! В мою бытность никому ничего не надо было - делал только для друзей. А «Культурный альянс» открывает много пространства для художника, в это пространство можно что-то вписать. Если вообще ничего нет, тоже, конечно, можно что-то делать, но ведь когда есть возможность для движения - это замечательно! Я понимаю, что «Культурный альянс» - это и политика, и бизнес, но это еще и для художника возможность работать, и это здорово!

- В связи с культурными процессами, которые вышли на федеральный уровень, вы чувствуете себя уже не пермским, а российским художником?

- Я чувствую себя мировым художником. Я делаю вещи, которые волнуют весь мир, решаю те проблемы, которые затрагивают каждого человека. Но даже если я думаю о глобальных проблемах, все равно я живу здесь и смотрю на это с точки зрения Перми. Что бы я ни сказал, я все равно скажу как пермяк.